mbpolyakov

Идея не новая — Чавес предлагал создать такой альянс еще в 1999 году. Однако тогда страны региона его не поддержали.
Сейчас иное дело. Уже эффективно действует программа АЛБА — Боливарианская альтернатива для Латинской Америки. В ее рамках успешно реализуются крупные экономические проекты (прежде всего в стратегических отраслях хозяйства), в которых задействованы многие государства региона. Венесуэла подает здесь вдохновляющие примеры своим соседям: Чавес создал эффективную систему телевидения, которая работает в интересах всего народа; он лишил американские нефтяные компании возможности наживаться на грабеже народного достояния Венесуэлы. Потом настала очередь и латиноамериканского капитала, который был уж очень зависим от корпораций США,— мексиканских производителей цемента и аргентинских металлургов. В Венесуэле эти акции были встречены бурными демонстрациями поддержки под лозунгами “Так правительство!” и “Виват президент!” Недавно мне довелось беседовать с авторитетным венесуэльским специалистом — мой собеседник подчеркнул, что его страна привержена принципу справедливой экономики вне зависимости от того, с кем приходится иметь дело. Государства-партнеры с этим считаются.
Видимо, такой же подход будет доминировать и в оборонных делах. Только что в Каракасе побывал министр обороны Бразилии Нельсон Жобим. О достигнутых договоренностях сообщается скупо. Но сам факт визита главы оборонного ведомства крупнейшей латиноамериканской страны в Венесуэлу наводит вашингтонских политологов на неутешительные мысли.
Есть у северных соседей и другие поводы для беспокойства за развитие событий на “заднем дворе Соединенных Штатов”, как много лет именовали Латинскую Америку в Вашингтоне: в прошедшее воскресенье на выборах президента Парагвая победил Фернандо Луго. Он открыто называл своими кумирами президентов Венесуэлы и Боливии Уго Чавеса и Эво Моралеса. Луго публично обвиняли в том, что в его предвыборном штабе работала большая группа венесуэльцев, боливийцев и эквадорцев. Причем эти иностранцы будто бы готовы были взять в руки оружие, если их кандидат проиграет.
В свою очередь Луго утверждал, что на борьбу с ним власти бросили весь административный ресурс. Он был высокопоставленным католическим церковником — епископом. Но это был “епископ бедняков”, что для Латинской Америки не такая уж большая редкость: там существует целая “теология освобождения”, которая предполагает активное участие служителей церкви в общественных движениях. Ватикан долго эту концепцию не одобрял. Но в конце концов вынужден был смириться с реальностью под угрозой потери авторитета католической церкви как единого целого. Конечно, высшие иерархи не могли допустить, чтобы епископ стал президентом, да еще под левыми лозунгами.
Луго был поставлен перед непростым выбором, но решил всё-таки остаться со своими избирателями — сложил епископский сан. Он возглавил “Патриотический альянс за перемены”, в состав которого входят более двадцати партий и движений, поставив на службу народу весь свой немалый талант политика и оратора. В преддверии выборов Луго говорил: “К сожалению, пока бандиты остаются среди нас. Но, мои дорогие друзья, у меня есть для вас хорошая новость: тем, кто украл наши мечты, остается править всего три дня!” Изъяснялся при этом он, как и всегда во время избирательной кампании, на смеси испанского и гуарни — языка индейцев, составляющих слой самых бедных избирателей Парагвая.
Некоторым кажется странным, что, восхищаясь Уго Чавесом — автором латиноамериканского варианта “Социализма ХХI века”, — Луго не продемонстрировал в своих предвыборных выступлениях более определенную социалистическую ориентацию. Видимо, для этого были причины, которые можно разглядеть, только внимательно вглядевшись в историю Парагвая.
А история эта такова. Более шестидесяти лет там была у власти правая партия “Колорадо”, которая железной рукой правила многочисленными парагвайскими бедняками. Ее полностью контролировали богатейшие латифундисты и провашингтонски настроенные военные (“гориллы” — на местном политическом сленге). “Гориллы” отличались страстью к немыслимо разукрашенным мундирам и симпатиями к фашизму (которые, кстати говоря, отлично уживались с преданностью Вашингтону). Именно эти, с позволения сказать, “политики” создали после Второй мировой войны в Парагвае рай для беглых немецких военных преступников. Своих же граждан они низвели до полурабского существования.
Сегодня партия “Колорадо”, конечно же, иная политическая структура. Но в ней по-прежнему огромен вес потомков “горилл”, которых простой народ ненавидит и боится. Очевидно, что прямо выложить на суд такого электората программу построения “Социализма ХХI века” было бы политической ошибкой. Поэтому, думается, Луго и выступал перед выборами с программой, понятной всем,— против воров и прочих лихоимцев.
Аналитики в Вашингтоне не без оснований полагают: получив власть, “Патриотический альянс за перемены” бывшего епископа начнет стремительно леветь. Что в свете намерений Уго Чавеса превратить Латинскую Америку в бастион борьбы против империализма выглядит весьма настораживающе.
Александр ДРАБКИН.