mbpolyakov

Некоторые мои знакомые просят как-нибудь отозваться на смерть Аксенова. Мол, я с ним общался, брал у него интервью, хорошо его знал (хотя это последнее – неправда), так что должен иметь какое-то определенное мнение и т.д. Честно скажу – нет у меня этого мнения и сказать почти нечего. Аксенов никогда не делал ничего необычного, чего-то такого, что как-то дистанцировало бы его от других политбеженцев, подобных ему. Он действовал по шаблону – сначала – хвалил строй по шаблону, затем – ругал. Смотрел я передачу о нем, с воспоминаниями его знакомых, друзей и т.д. Почти все, кого спросили, вспомнили о его материальном благосостоянии – мол, не бедствовал он. Некоторые только это и нашли в тайниках своей памяти. Одна женщина говорила: “Аксенов всегда был такой модный, так хорошо одевался. Ни у кого не было джинсов, надо было ехать туда и сюда, доставать… А у него были. И еще у него была такая кофточка и такой свитерок, который ему привезли из Франции”… Ну и т.д. – а дальше – обычное (в том числе из уст самого писателя): “Меня власть не любила, гнала, унижала и проч.” Вот о кофточках и дефицитных джинсах – это, пожалуй, лучшая эпитафия и самому Аксенову, и людям его, так сказать, окружения. Эти их воспоминания о писателе Аксенове очень характерны – такая уж у нас интеллигенция. Собственно, тех, кто из всей громадной советской жизни со стройками, победами, запусками космических кораблей и т.д., вспоминает только колбасные электрички и проч., также замечательно характеризуют эти их воспоминания. Впрочем, к чести Аксенова, он и не претендовал на звание совести нации…